Виктор Кириченко: За 5 лет Институт им. Юрьева заработал 150 млн грн

kirichenko-61802.png

Институт растениеводства им. В. Я. Юрьева Национальной академии аграрных наук Украины является одним из ведущих научно-исследовательских учреждений Украины аграрного профиля. Его история насчитывает больше 100 лет. О достижениях и проблемах института Latifundist.com в эксклюзивном интервью рассказал его директор Виктор Кириченко.

Latifundist.com: Какими направлениями агронауки занимается институт?

Виктор Кириченко: У нас несколько основных направлений. Первое — сбор и обеспечение сохранности генетического материала всего мира, то есть национальный генбанк. Второе направление — это селекция. В нашем институте селекционируется 13 культур по 34 направлениям. Третье — подготовка высококвалифицированных специалистов в области растениеводства, научное обеспечение АПП Харьковской области.

Latifundist.com: Институт собирает генетический материал. Это аналог Всемирного семенохранилища на Шпицбергене?

Виктор Кириченко: Это не совсем аналог, это действительно хранилище генетического материала. Каждое растение, каждый сорт, сельскохозяйственная культура несет соответствующий объем генов, хромосом которые потом селекционеры используют как источник повышения устойчивости, адаптивности растения и т д. В хранилищах нашего института и в системе, которую мы координируем (а это более 40 организаций, институтов и станций в Украине), находится 147 тыс. образцов сельскохозяйственных культур. Это генетический материал, собранный нашими учеными в разных регионах — в Крыму, Карпатах, на Востоке Украины, в Центральных областях страны и т. д.

Мы проводим экспедиции, в которых собираем растительный материал по всем культурам. Это не только зерновые, но и плодовые, овощные культуры, представляющие интерес с точки зрения устойчивости к болезням. Это дикорастущие виды, а также все культурные — современные селекционные разработки, зарегистрированные и выращиваемые в Украине или за границей. Эти виды проходят аккредитацию, получают разрешительные документы, и мы их отправляем в национальное хранилище. Что же касается Всемирного хранилища на Шпицбергене, то там также присутствует коллекция зернобобовых культур, собранная учеными нашего института. К сожалению, эти наши достижения сегодня не ценятся, хотя Институт им. Юрьева входит в десятку лучших профильных институтов мира и признан в Украине национальным достоянием.

Latifundist.com: Как вы работаете с теми образцами генетического материала, которые собраны?

Виктор Кириченко: На базе этих генетических ресурсов создаются новые сорта, которые адаптированы к зиме, холоду, засухе, ливневым дождям, к болезням, вредителям и так далее. Эти сорта проходят испытания и адаптацию в течение 5-6 лет. Чтобы создать 1 сорт, нужно потратить 15 лет, если идет «конвейер». Я работаю 50 лет, у меня уже налажен «конвейер». После меня моя школа и мои ученики продолжат эту работу, как я продолжаю работу Василия Яковлевича Юрьева — он первый во всем мире начал собирать образцы растений.

Latifundist.com: Виктор Васильевич, Вы сказали, что Институт им. Юрьева селекционировал 13 культур по 34 направлениям. По каким именно направлениям?

Виктор Кириченко: Наш институт — единственный в НААН, который занимается выведением разных сортов по направлениям. Что это значит? Возьмем, к примеру, подсолнечник. Мы выводим отдельные гибриды, которые имеют разные характеристики — отдельно высокомасличные, отдельно кондитерские, отдельно устойчивые к гербицидам тотального действия, и так далее — по всем культурам. Пшеница мягкая и твердая — для макарон и хлопьев. Озимые тритикале — кормовое, пищевое. Горох — пищевой, кормовой. Ячмень пивоваренный и т. д.

Latifundist.com: В институте есть для этого достаточный кадровый потенциал?

Виктор Кириченко: Мы серьезно занимаемся подготовкой научных сотрудников. Сегодня в институте работает 60 кандидатов наук, 11 докторов наук и, я думаю, что через год у нас уже будет не 11, а 15 докторов наук. Это титаническая работа. Чтобы подготовить хорошего специалиста по селекции, нужно, чтобы он после университета попрактиковался 2-3 года в полях. Как бы хорошо ни учили студентов в вузе, пока они не прочувствуют все нюансы на поле, селекционеров из них не будет. Для хорошего селекционера надо иметь хорошие ноги и хорошее зрение, чтобы видеть и выбраковывать образцы, не соответствующие требованиям.

Генетика позволяет, скрестив 2 сорта, получить широкое многообразие различного материала, как плохого, так и хорошего. А наша задача — отобрать нужное и довести его до необходимых показателей — чтобы кроме высокой продуктивности, была устойчивость к различным погодным факторам, и чтобы это было востребовано в сельском хозяйстве. Как я уже сказал, у нас 34 направления и каждым руководит кандидат или доктор наук.

Latifundist.com: Чем Вы особенно гордитесь в работе своего института?

Кириченко Виктор: Во-первых я горжусь тем, что мы создали научный коллектив, который справляется с поставленными задачами. Я горжусь, что сегодня наши специалисты пользуются спросом даже в иностранных компаниях.

Latifundist.com: Забирают?

Кириченко Виктор: Забирают. У них выше зарплата, хорошее техническое оснащение и, главное, стабильность.

Latifundist.com: У вас нет стабильности?

Кириченко Виктор: У нас постоянно есть угроза сокращения штата. Нам доводят планы по сокращению. А кого сокращать? В институте уже не работают пенсионеры, остались молодые ученые. Чтобы сберечь коллектив я нашел выход, заставил их выполнять не характерные для научных сотрудников функции. Они стали менеджерами, хорошими пропагандистами своих направлений, и это дало успех. Да, у них меньше времени остается на науку, но другого выхода нет.

Latifundist.com: Насколько государство финансирует институт?

Кириченко Виктор: Государственного финансирования хватает на мизерную зарплату 100 сотрудникам. А все остальное — содержание помещений, повышение благосостояния сотрудников, обработку полей, горючее и так далее приходится тянуть самим. На 1 грн. бюджетных средств мы зарабатываем сегодня 3,1 грн. не бюджетных. Иначе у нас сегодня в институте работало бы не 255 человек, а максимум 120.

Latifundist.com: Вы общаетесь с зарубежными коллегами, как их финансируют?

Кириченко Виктор: В других странах наука полностью финансируется государством. И речь идет не только о таких гигантах, как, к примеру, Китай или США. В странах бывшего СНГ, в том же Азербайджане науку полностью поддерживает государство. Мы работаем на собственном энтузиазме. Институт им. Юрьева входит в десятку лучших центров генетических ресурсов, это признают все ученые мира. Нас хорошо знают в Европе. А мы не в состоянии оплатить командировку ученому на зарубежный конгресс для отработки совместных задач.

Latifundist.com: Из-за недофинансирования вы проигрываете зарубежным коллегам?

Кириченко Виктор: В научных разработках — нет. В оснащении и продвижении — да. Один мой американский коллега сказал: «Доктор Кириченко, мы работаем различными методами, вы руками и слабой технической базой, а мы новейшим оборудованием, но результат пока один и тот же».

Мы пока держимся за счет энтузиазма. У нас есть помещения, у нас есть специалисты, но, к сожалению, нет современного оборудования. А для того, чтобы продвигаться и проводить суперразрабоки, нужно иметь серьезно оснащенную лабораторию. О таком мы можем только мечтать. С начала существования нашего государства оно отказалось давать средства на капитальные расходы.

Могу сказать, что сегодня наибольшим успехом института им. Юрьева является работа с подсолнечником. Институт начал заниматься его селекцией еще в 1911 г. Нам удалось создать линейку разных, высоко адаптированных гибридов, которые могут успешно конкурировать с зарубежными.

Latifundist.com: Чем они отличаются от зарубежных?

Кириченко Виктор: Зарубежные гибриды в стрессовых условиях теряют свои субтропические признаки. Где они созданы? В основном во Франции. А там до 800 мм садков. У нас нет такого количества осадков. Максимум 565 мм. Если мы посеем линейку наших, у французских нет преимуществ. А по цене они дороже: 1 кг ввезенного материала стоит $5, а наш 50 грн. Есть разница?

А происходит то, что мы из-за недофинансирования, не можем обеспечить Украину своими семенами, в страну идут массово зарубежные компании, с семенами, не совсем приспособленными к нашим климатическим условиям.

Latifundist.com: А кто в Украине использует результаты вашей научной работы? Куда идет семенной материал?

Кириченко Виктор: Есть список хозяйств всех форм собственности, которые работают с нашим институтом. Действует четкая, узаконенная схема. Мы реализуем выведенные нами сорта хозяйствам в 16-ти областях Украины. В основном это Харьковская, Полтавская, Сумская, Луганская и Донецкая области. Мы не представлены в Закарпатье, там работают другие институты НААН, но распространены наши разработки очень широко.

Latifundist.com: Каким образом действует эта схема? Расскажите более детально.

Кириченко Виктор: Наши разработки участвуют в валовом производстве продукции, выращиваемой на 3 млн га. Хозяйства — это элитхозы, которым мы реализуем свой семенной материал, продают его дальше. Мы отслеживаем всю цепочку, видим, куда идут наши семена.

Latifundist.com: В идеале если помечтать, какие должны быть условия, чтобы развивался Ваш институт?

Кириченко Виктор: В идеале очень просто. Мы должны быть акционерами научного технопарка. Есть фискальные органы — мы бы платили налоги и развивались. Я прошел школу в Америке, Франции, Германии. Кроме того что я селекционер, я еще и экономист, знаю, как зарабатывать деньги и знаю, как преподнести наш материал. И мы это доказываем своей работой. Мы сохранили всю материально-техническую базу. Да, у нас нет супер новых машин. За последние 8 лет мы заработали 150 млн грн., а для обновления технического парка нужно заработать еще столько же. Но мы содержим 1 тыс. га в чистоте и порядке. А самое главное зарплата в нашем институте одна из самых высоких в сельском хозяйстве.

Мы могли бы развиваться и реализовывать нашу продукцию еще шире, если бы у нас работали менеджеры на местах в разных регионах. Но так как мы государственное предприятие, у нас нет законной возможности платить этим людям зарплату.

В результате мы зашли в тупик. На месте мы не можем нанять себе работника, который бы представлял наши интересы. В штатном расписании его держать нельзя, потому что идет сокращение. А почему в институте «Новый Сад» в Сербии, 80 менеджеров ездят по всему миру и продвигают свою продукцию, а мы так не можем?

Latifundist.com: Что нужно сделать, поменять законодательство?

Кириченко Виктор: Я не могу предлагать какие-то решения, есть НААН, у нее своя политика, свои подходы и я им подчиняюсь.

Latifundist.com: А как частное лицо?

Кириченко Виктор: Как частное лицо я могу сказать только частная собственность решает проблемы конкурентоспособности на любом рынке.

Latifundist.com: Виктор Васильевич, спасибо за интересную беседу.

Инна Воробьева, Latifundist.com